Бурджанадзе

Златая цепь на дубе том, или может ли Сандра возглавить Лукоморье?

В Тбилиси прошел внеочередной съезд партии «Демократическое движение – Единая Грузия». По личному приглашению лидера партии Нино Бурджанадзе, переизбранной на этом съезде,   в его работе принял участие Директор Центра европейско-азиатских исследований Андрей Русаков. По его мнению, как повестка съезда, так и само проведение мероприятия, стали «строевым смотром» перед будущими выборными баталиями 2020 года.  К тому же  новый символ партии  – дуб с ее 33 звездами (по числу букв грузинского  алфавита) вместо листьев, наглядно превышает количество звезд на логотипах других партий – потенциальных конкурентов – «Грузинской мечты» и «Единого национального движения».  Но это не все. Казалось бы, бюрократическое переименование, по сути,  инверсия, партии в «Единую Грузию – демократическое  движение» из «Демократического движения – Единой Грузии», на самом деле имеет большой политический смысл. В свой борьбе за избирателя партия не будет  соревноваться с другими в любви к  коллективному Западу, а браться на артикуляцию самых сложных вопросов Грузии, в том числе и территориальных.  Такая демонстрация политических амбиций этой, как многие считают, пророссийской политической силой, вполне может найти отклик у избирателей в новом избирательном цикле:

– Как-то в 2012 году, после победы «мечтателей» в грузинском парламенте мне довелось общаться с грузинскими коллегами по поводу их мнения о том, кто будет премьер-министром, а кто президентом. Ответ был простой и незатейливый – «как решит Бидзина». Собственно, ничего нового в их ответе не было. Очевидное ожидание улучшения существующей действительности к лучшему пронзало все грузинское общество насквозь, и рядовых жителей, и политический класс. Ностальгия по той, процветающей Грузии советских времен была яркой и требовала ренессанса. Многим казалось, что бывший грузинский олигарх  Бидзина Иванишвили знает секреты роста экономики – сам стал богатым, сделает  богатой и  Грузию. До него, кстати,  с подобными публичными заявлениями в правительство Саакашвили приходил работать – руководить экономическим развитием  –  еще один в прошлом российский олигарх Каха Бендукидзе. Хотя история с его владением и руководством Уралмашзаводом,  была далеко, мягко говоря, не лучшим примером  проявления его управленческих талантов. Как сказал тогдашний губернатор Свердловской области Эдуард Россель, Уралмашу не повезло и с  собственником и с руководителем (это все о Кахе Бендукидзе). Но это  к слову.  Практически семилетний мандат правящей партии  в парламенте (остался один год) позволяет констатировать, что устойчивой модели социально-экономического роста не создано и население уже несколько устало ждать воплощения «грузинской мечты». Первые ласточки прилетели с проблемным избранием нового президента Саломе Зурабишвили и лишь новаторские избирательные технологии «на грани фола», связанные с обещанием погашения банковских кредитов  для некоторых категорий населения  помогли добиться прохождения нужной кандидатуры. Дальше – больше.  Мэр Зугдиди, пограничного города с Абхазией, вполне мог бы носить экзотичное имя Сандра. Типичная политическая дуополия «Грузинской мечты»  и ЕНД  в стиле «заграница (ЕС и США) нам поможет» за семь лет слаще не стала. Соревнование в степени любви к коллективному Западу и НАТО  оставили  внутреннюю повестку без присмотра, тем самым «открыв шлюзы» для нового политического дискурса.  И нет ничего удивительного в том, что такой опытный политик как Нино Бурджанадзе, взявшая паузу после проигрыша на предыдущих парламентских выборах (партия не прошла проходной барьер), решила ярко выйти «на ринг». О новых амбициях говорило все, начиная с места проведения – «Шератон Гранд Тбилиси Метехи Палас». Более 400 делегатов со всей Грузии, многочисленные представители посольств различных государств. Кстати, и сам съезд проходил в духе политического шоу, далекого от классического партийного собрания, с демонстрацией видеороликов и спецэффектов. В одном  из видео лидер партии (переизбранный на этот пост) Нино Бурджанадзе вместе с детьми складывала пазл из карты Грузии. Последним пазлом была Абхазия. В своей речи Бурджанадзе не оставляет иллюзий – партия идет на выборы и собирается дать бой основным политическим силам и будет стремится сформировать фракцию, влияющую на политические решения. А вот и политическая смелость – по ее заявлению, «ключ» к решению территориальных вопросов находится в четырех столицах – Тбилиси, Москве, Сухуми, Цхинвали.  Более того, Грузия не должна вступать в НАТО, что было сказано, кстати, в присутствии руководителя офиса НАТО в Тбилиси. Страна находится в стагнации, страна должна стать нормальным европейским (!) государством.  В завершение – избрание политсовета партии, куда вошел и сын Бурджанадзе – Анзор Бицадзе. Но есть и детали, которые, на первый взгляд, кажутся не особо важными. У партии новый фирменный знак – дуб с 33 звездами по числу букв грузинского алфавита (и. как сказал один из участников съезда, по возрасту Иисуса Христа) и новое название. Перестановка словосочетаний, превратившаяся в партию «Единая Грузия – демократическое движение» (до этого момента «Демократическое движение – Единая Грузия») в данном случае не является простым обновлением. Вкупе с тезисами доклада Нино Бурджанадзе   это говорит о заявке на артикуляцию во время выборов самых сложных и болезненных для грузинского общества вопросов, в числе которых и территориальные. Как ни  парадоксально,    такая тактика  избирательной кампании вполне может  позволить вернуть партию и ее лидера в «высшую лигу» грузинской политики. Мечтать, конечно не вредно. Но, судя по всему, мечтать на протяжении семи лет грузинское общество уже слегка устало. Пора погрузиться в реалии, может быть, на первый взгляд и не столь радужные. Пока  одни, уже не в первый раз,   «идут налево – песнь заводят», другие, уже не в первый раз,  «сказку говорят»,    появляется  шанс найти «неведомые дорожки» к уму и сердцу грузинских избирателей, исходя из  национальных интересов. Именно национальные интересы Грузии  требуют диалога, пусть даже не легкого,  со своими соседями.  Сам внутренний рынок Грузии мал и  не интересен для инвестиций. Выход на  объединения разной степени интеграции является шансом для развития экономики и, соответственно, социальной сферы.  Стартуя  в избирательной  кампании с идеи территориального  диалога,  «Единая Грузия – демократическое движение»  и лично Нино Бурджанадзе , берут  на себя риски  политического просвещения и смены политической повестки, сдвигая ее в русло переговоров и соглашений с разными странами и союзами и в политике, и в экономике.  Пусть будет ЕС, пусть будет ЕАЭС. А «хождение по цепи кругом» перестанет определять общий курс грузинской политики. А пока впереди выборы. В 2020 году. Осенью. Как горят в России, «лиха беда начало».

Андрей Русаков