Владимир Лепехин: «государственная» идеология – антипод идеологии общенациональной

Владимир Лепехин: «государственная» идеология – антипод идеологии общенациональной
Михаил Берсенев – интервью с Владимиром Лепехиным.

В издательстве «Канон +» вышла очередная книга российского философа Владимира Лепехина под названием «Понимающая философия: смыслы и дискурсы». В ситуации, когда сегодня в России все больше политиков и ученых заняты поиском идеологии, мы посчитали важным взять интервью у автора, который считает, что искать её не надо – надо только увидеть то, что уже давно существует

Михаил Берсенев: — Владимир Анатольевич, в своей книге «Понимающая философия: смыслы и дискурсы», а также в ряде предшествующих ей статей вы противопоставляете государственную идеологию так называемой общенациональной идеологии, утверждая, что это принципиально разные вещи. Поясните свою позицию.

Владимир Лепехин: — Известно, что термин «государство» имеет два основных значения. Если под ним понимается страна, то в этом значении государственная идеология тождественна общенациональной идеологии при условии, что в слове «национальный» нет этнического содержания и под ним понимается, например, российский масштаб. Если же под «государством» понимается «система институтов, обеспечивающих управление обществом как единым целым», то в этом, узком значении государственная идеология сегодня в России не просто разнится с национальной идеологией – она противостоит ей.

Дело в том, что государство (как система институтов) сегодня в России приватизирована правящим классом, а именно – сложившейся в последние десятилетия административно-финансовой олигархией. И именно эта олигархия (смесь чиновников и «денежных мешков») насаждает сегодня в России свою корпоративную идеологию под видом «государственной».

Михаил Берсенев: — Интересный тезис… Но давайте в этом разберемся. Вы считаете, что в России у правящего класса имеется своя единая и общая корпоративная идеология? И в чем она состоит, по вашему мнению?

Владимир Лепехин: — Да, не просто корпоративная, а общекорпоративная. Действительно: какие идеи и установки объединяют сегодня в РФ все властные корпорации – от партии «Единая Россия» до конкретных министерств и областных администраций и от «Сбера» до Газпрома и Священного Синода РПЦ. Вот то идеологическое, что объединяет эти структуры, хорошо известно: оно в целом осознано представителями правящего класса, но не афишируется, потому что самым непосредственным образом противостоит подлинно национальным (общенародным) интересам.

Михаил Берсенев: — То есть, по-вашему, государственная (в узком смысле) идеология в России существует… Она является для правящих элит руководством к действию, но публично не афишируется. Еще раз спрошу – а в чем она тогда состоит?

Владимир Лепехин: — Это долгий разговор, так что кратко назову лишь главные её элементы.

Первый мой тезис сводится к тому, что нынешняя «государственная» квазиидеология узкоклассова и предельно эгоистична и по этой причине антинародна и антинациональна. Она, как я уже сказал, не афишируется и ретушируется пока еще разного рода имитациями и демагогией про, например, «Большую Европу от Лиссабона до Владивостока», «Суверенную демократию», «Долгое государство Путина», «Стабильное развитие», «Государственный патриотизм», «Сильную и единую Россию», «Новую русскую (российскую) государственность», «Русь соборную, Русь державную» или же «Новый консерватизм».

Названные понятия и словосочетания – это, в сущности, демонстрационные «дискурсы власти» и идеологемы, которыми правящее в РФ сословие и его интеллектуальная обслуга потчуют сегодня простых россиян… Такова официальная риторика. Идеология же этого класса, выдаваемая за государственную идеологию, состоит в следующем.

Главным элементом этой идеологии является идея наживы – сверхидея, прикрытая расхожими идеологемами «экономической демократии» («свободный рынок», «неприкосновенность частной собственности», «конкуренция», «зарубежные инвестиции» и т.п.) и вытекающей из названной сверхидеи практики тотального и системного воровства в формате, прежде всего, злоупотребления служебным положением в виде «государственного» рейдерства, рэкета и предоставления властвующим (самим себе) равного рода преференций, а также прямых хищений государственного имущества в виде приватизации госпредприятий и распила среди своих бюджетных средств.

Сегодня в РФ любая идея, подаваемая как стремление чиновников решить важную для страны задачу, реализуется в девиантном режиме; даже такая актуальная проблема, как, к примеру, борьба с коронавирусом, сведена сегодня к каким-то коммерческим схемам криминальных олигархических групп и коррупционных чиновников.

Второй объединяющей представителей правящего в РФ сословия идеей является идея «стабильности», под которой понимается, прежде всего, сохранение сложившейся в России системы власти и режима господства олигархических групп, разделивших между собой сферы влияния. Именно отсюда – наблюдаемая нами сегодня контрэволюция власти, её переход от продвижения идей «либеральных реформ» и «экономической свободы» к тактике охранительства и идеологемам номенклатурного «патриотизма» и «консерватизма».

Третий элемент «государственной» идеологии – это идея сословного общества, которое, по мнению ныне властвующих административных, финансовых, торговых и иных олигархов, должно быть строго сегрегировано на правящую, надзаконную и закрытую элиту – с одной стороны, и массу простолюдинов, призванных эту элиту обслуживать согласно предписаниям устанавливаемой для них системы административно-силового и цифрового контроля – с другой.

Четвертый элемент – идея интеграции России в Западный мир и прежде всего – в мир англо-саксонский. Лондон и Вашингтон так или иначе контролируют значительную часть российских «элитариев», в том числе – через находящиеся в американо-британской юрисдикции офшоры, в которых «якорятся» активы российских олигархов и чиновников, через американские «социальные» сети, их же программный продукт и последовательно приобретаемые зарубежными компаниями российские IT-активы.

Еще одна системообразующая идея российской «государственной» идеологии – это идея лояльности. Операционная и инструментальная идея, обеспечивающая корпоративное единство правящего сословия, которое требует высокого уровня лояльности власти со стороны населения страны, абсолютной лояльности к ней со стороны государственных чиновников (в противном случае им не светит продвижение по службе) и демонстрационной лояльности от тех, кто попал в круг «избранных».

Наконец, шестой (но не последний) элемент «государственной» идеологии сегодня в РФ, её больше инструментальная, чем концептуальная идея – это идея последовательного антисоветизма и антикоммунизма. (Надо же правящему сегодня в РФ классу на кого-то списывать собственные провалы и преступления).

Михаил Берсенев: — Наверное, с вашим утверждением можно согласиться. Допустим, что у большинства чиновников и олигархов на уме вот эти шесть основных идеологем-принципов, но как же быть с понятием «патриотизм», которое возведено в ранг неофициальной государственной идеологии и против которого вроде бы никто особо не возражает, за исключением кого-либо от откровенной либеральной шизы с «Эха» или «Дождя»?

Владимир Лепехин: — Давайте согласимся с тем, что термин «патриотизм» – предельно общее и абстрактное понятие, по факту играющее сегодня в РФ роль прикрытия для любых конкретных идеологических доктрин. Я ничего не имею против введения президентом России в 2011 году в российский политический лексикон данного понятия; напротив, всячески приветствую это решение, однако проблема в его конкретном наполнении. По факту, прикрывшись риторикой «патриотизма», многие представители российского правящего класса на деле реализуют свои узкокорпоративные интересы. Причем, еще более эффективно, чем до появления такого прикрытия. Мы же знаем, что на словах главные «патриоты» у нас в стране те, кто голосует против запрещения в РФ двойного гражданства для чиновников, заваливает страну пальмовым маслом, выкачивает из страны природные ресурсы, безропотно реализует в РФ установки МВФ, ВОЗ и т.п. При этом простому обывателю очень сложно отличить истинного патриота от записного. На это и расчет.

Михаил Берсенев: — Ну хорошо, с «государственной» идеологией мы вроде как разобрались. Но что вы понимаете под национальной идеологией? И если она, по вашим словам, должна представлять интересы всего населения страны или, как минимум, народного большинства, то где она сегодня? В каком она находится состоянии?

Владимир Лепехин: — С учетом вышесказанного и, говоря не о ныне действующей, а о ЖЕЛАЕМОЙ идеологии для России, то есть высказываясь о ней в будущем времени, правильнее иметь в виду не государственную, а именно общенациональную идеологию, которая призвана преодолеть узкосословный, субкультурный и корпоративный подход и должна в более или менее равной степени отражать интересы и народных масс, и элит – то есть, быть продуктом естественного происхождения и представлять собой в итоге этакое среднеарифметическое, сбалансированное, объединяющее и ОБЪЕКТИВНО выгодное нашей стране и её народу идеологическое целое.

К сожалению, нынешние российские политики и политологи ищут «нацидеологию» непременно либо в пространстве программ и лозунгов какого-либо класса или социальной группы (либерализм, социализм, консерватизм, национализм, исламизм, православие, etc.), либо в примитивных «диалектических» схемах («красный» и «белый» проекты), либо где-то в глобальном пространстве (экологизм, трансгуманизм, технократизм и т.п.)… Не понимая, что в перечисленных локальных лагунах они её никогда не найдут. Искать национальную идеологию нужно в отечественном интеллектуальном поле, в самом что ни на есть когнитивном фарватере России, по законам и методами профессионального научного познания.

Михаил Берсенев: — Вы лично её уже нашли?

Владимир Лепехин: — Полагаю, что некоторые российские интеллектуалы её уже вычислили. По крайней мере, в последние несколько лет обозначились основные методологические принципы формирования в России подлинно национальной идеологии.

Первый такой принцип определен как «цивилизационный подход» (см. Национальная идея найдена – РИА Новости, 26.05.2021 (ria.ru), рассмотрение всех происходящих в России и в мире процессов в цивилизационной, то есть не классовой и надгосударственной парадигме.

Второй методологический принцип – ценностный (см. Понимание феномена «цивилизационные ценности» как основа развития современной российской аксиоматики | Институт ЕАЭС (i-eeu.ru).

Третий – принцип развития, четвертый – антропоцентризм, пятый – альтерглобализм и вытекающий из него принцип обеспечения суверенности России и российской цивилизации и т.п.

Михаил Берсенев: — С методологией более или менее понятно, хотя, на самом деле, не совсем: все сказанное вами нужно еще переосмыслить – и тут без высшего философского образования не разобраться. А как быть с основными лозунгами? Ну, к примеру, как там у большевиков – «фабрики рабочим, а земля крестьянам» или у Робеспьера во Франции – «свобода, равенство, братство»

Владимир Лепехин: — По этому поводу скажу, что любой, кто сегодня в Российской Федерации вступает на стезю поиска национальной идеологии, должен четко понимать разницу между

методологией развития страны (призванной стать концептуальной основой и системой инструментов реализации в России эффективной государственной стратегии развития),

национальной идеей – как тем сверхактуальным месседжем, который призван стать основным катализатором всей работы мыслящих и национально ориентированных индивидов в идеологическом поле страны, а в конечном счете – главным мобилизатором в РФ созидательно-преобразовательных сил,

государственной идеологией, как корпоративной идеологией правящего сословия, маскирующейся под официальную идеологию государства (см. выше),

и собственно национально-цивилизационной идеологией, должной представлять собой систему взглядов, адекватных насущным целям и задачам максимального большинства граждан РФ, соответствующих при этом имманентной природе русско-российской цивилизации.

В этом смысле, если говорить о подлинно национальной идеологии, то это системная позиция российского народного большинства в отношении внешней и внутренней политики государства, а также экономики, социума, культуры и иных аспектов жизнедеятельности. Так что сегодня, к примеру, лозунг «фабрики рабочим» не пройдет. В современном и сложном обществе проблема собственности на национальные и транснациональные активы – ключевой вопрос глобального значения и его не решить, к примеру, путем примитивной национализации. Кстати, сторонники проглобалистского «инклюзивного капитализма» и наши российские охлократы не случайно продвигают требование «безусловного базового дохода» якобы по аналогии с лозунгом «фабрики – рабочим!». Цель – прикрыть привлекательным лозунгом подлинный ключ справедливого решения вопроса о собственности. (Яндекс.Видео (yandex.ru)

Михаил Берсенев: — А как решить этот вопрос по-справедливости? В чем вы видите формулу его решения?

Владимир Лепехин: — Почитайте мои статьи о солидарной экономике и солидарном акционировании национальных активов – в них все сказано. Солидаризация по-русски, по-российски экономики, социума и политической системы – формула решения проблемы в этом. (Владимир Лепехин. Солидарная экономика (Экономика ) | Информационное агентство «АВРОРА» (aurora.network)

Сегодня требуется сверхквалифицированное решение по всем аспектам нашей жизни – от модернизации системы образования до решения демографической проблемы и организации ЖКХ. Простые лозунговые схемы – для недорослей, которые выходят на майданы и получают от этого шиш без масла или даже пулю в спину, поскольку любые простые схемы – это популизм и риторика, нагнетаемые олигархическими кукловодами через управляемые СМИ в целях манипулирования охлократией. Ну и подсовываемые периферийным странам из-за рубежа «палочки-выручалочки» в виде, например, «открытого общества» или цифровизации оказываются в итоге троянскими конями в любом, стремящемся к суверенности государстве.
Подлинная национальная идеология никогда не рождается в пространстве «революций» и на улицах. Она не может также сформироваться во властных кабинетах. Она рождается и формируется в квалифицированной интеллектуальной среде посредством осмысления сущностных процессов в мире и внутри конкретных социумов на основе адекватного ПОНИМАНИЯ происходящего. Именно об этом моя недавняя книга.

Источник